Софья ковалевская биография. Значение ковалевская софья васильевна в краткой биографической энциклопедии. Происхождение и семья

С.В. Ковалевская - российский ученый конца XIX века. Кроме того, что эта женщина была выдающимся математиком своего времени, мы знаем о ней до обидного мало. Софья Васильевна говорила, что многие высокоодаренные специалисты, как люди, малоинтересны. Сама же Ковалевская - живой человек с ошибками и слабостями. В кратком биографическом очерке хотелось бы передать все обаяние ее образа.

Биографии знаменитостей всегда начинаются и заканчиваются словами: "Родился…" и "Умер… Похоронен…". Однако Софья Васильевна Ковалевская не признавала канонов. Пусть и описание ее жизни будет нетрадиционным. Она прожила всего 41 год (с 3.01.1850 по 29.01.1891), но время между этими датами кажется материей более плотной, чем в другие периоды. Сколько всего уместилось за эти годы, 16 из которых приходится на детство! Хочется предварить биографию двумя яркими моментами ее жизни - двумя своеобразными эпиграфами.

Баррикады Парижской Коммуны и Софья Ковалевская

Талантливый ученый, она сочувствовала идеям французской революции. В 1871 году приехала в осажденный Париж, помогала раненым коммунарам. Спасение из тюрьмы В. Жаклара - члена Парижской Коммуны, мужа ее сестры Анны - произошло с ее участием.

18 лет. Первый неординарный поступок

Высшее образование в те годы женщина могла получить только за границей. Для получения загранпаспорта требовалось разрешение родителей, но отец такого согласия не дал. Тогда Софья Корвин-Круковская оформляет фиктивный брак с В.О.Ковалевским и с ним выезжает в Германию.

Приумножая природный дар…

Очевидно, Соня наследовала выдающиеся способности Шубертов - отца и деда ее матери. Один из них был известным математиком, другой - не менее знаменитым астрономом, и оба - академиками Петербургской АН. Предки отца происходили из знатного венгерского рода, восходящего к королевской фамилии Корвин. Портреты родителей украшали дом в прямом и переносном смысле.

Мама, Елизавета Федоровна, талантливая пианистка, светлый и веселый человек. Прекрасно образована, полна светского обаяния, свободно владеет 4-мя европейскими языками.

Отец, В.В. Корвин-Круковский, генерал-лейтенант артиллерии, сведущий в науках, особенно в математике. Но дочерям желает жизни, принятой в обывательской среде: удачное замужество, светские рауты, заграничные поездки.

Софья получила "богатое" наследство: страсть к науке, любовь к математике, музыке и литературе.

Детство, юность, взросление

Родилась Софья в Москве, детство провела в имении отца в теперешней Псковской области. Увлечение математикой началось в раннем детстве. В родовой усадьбе Полибино стены ее комнаты оклеили листами с университетскими лекциями Остроградского (не хватило обоев). Так произошло первое знакомство девочки с дифференциальным исчислением. Дальше - больше.

Домашнее обучение развило природные способности и пробудило интерес к математике и механике. Еще будучи 16-тилетним подростком, девушка уехала в Петербург. Доступ женщинам в университеты России был закрыт. Два года она брала частные уроки высшей математики, слушала лекции Сеченова, занималась анатомией. Кто из образованных людей не слышал этих прославленных имен: педагог А. Н. Страннолюбский, профессор Петербургского университета И. М. Сеченов, преподаватель анатомии в Военно-медицинской академии В. Л. Грубер, западные ученые Кирхгоф, Дюбуа-Реймон, Гельмгольц, Вейерштрасс. Все они в разное время были наставниками Ковалевской, и все восхищались ее талантом, трудолюбием и упорством.

Ковалевская нашла способ продолжить обучение в Европе. Фиктивное замужество давало вид на жительство; удалось вызволить из дому и старшую сестру Анну. Выехав в 1868 году с мужем В.О.Ковалевским в Германию, Софья за 6 лет сделала в науке удивительно много. Она находилась в постоянном творческом поиске.

• 1869. Учеба в Гейдельбергском университете у профессоров Кенигсбергера и Кирхгофа;
• 1870. Частные занятия с Вейерштрассом (в Берлинский университет женщин не принимали);
• 1871. Представление трех работ из сложнейших областей математики. Публикация первого труда в немецком "Журнале теоретической и прикладной математики". Две другие статьи: "О форме кольца Сатурна" и "Об Абелевских интегралах" также опубликованы в престижных журналах: "Астрономические новости" и шведском королевском "Acta Mathematica" в 1884-1885 годах. Все перечисленные издания успешно действуют и сейчас, имеют высокий импакт-фактор;
• 1874. Возвращение в Петербург. На родине официальные научные круги не признают ее заслуг.

Несколько лет вынужденного перерыва в работе (рождение дочери, сложные отношения с мужем, его смерть) только усилили жажду деятельности.

• 1884-1885. Получение звания профессора Стокгольмского университета, заведование кафедрой механики. Попутно пришлось выучить шведский язык.
• 1888-1889. Главный труд ученой "Исследование вращения твердого тела около неподвижной точки" посвящен актуальной проблеме механики 19 века. Напечатан в "Acta Mathematica". Удостоен премии Парижской академии.
• 1890. Избрание членом-корреспондентом Императорской Академии Наук.

В эти же насыщенные работой годы нашлось время и для литературы. Печатаются фельетоны в "Новом Времени" и "Русских Ведомостях". Издаются повести в "Русской Мысли" (1886), "Вестнике Европы" и "Северном Вестнике" (1890). Серьезная драма "Vае victis" на шведском заслуживает отдельной главы.

"Микеланджело разговора"

Так уважительно называли Софью Васильевну шведские друзья. Она не ограничивала свою жизнь занятиями наукой. Богатая фантазия вылилась в поэтические строки. Неравнодушие к общественному устройству сделало ее публицистом. Прекрасный психолог, она успела свои тонкие наблюдения оформить в виде нескольких повестей и главной книги "Борьба за счастье". Произведение имеет и второй заголовок "Две параллельные драмы", написано оно в сотрудничестве со шведской писательницей К.Леффлер-Каянелло. В основе лежала гипотеза, выдвинутая С.В. Суть ее в следующем.

Научная теория в основе пьесы

Несмотря на предопределенность поступков людей, в жизни всегда встречается перепутье. И тогда дальнейшее зависит уже от самого человека, от того, какой путь он выберет. Так и построена книга: судьба одних и тех же персонажей показана в двух мирах - "как было" и "как могло быть". Под гипотезой лежала серьезная работа Пуанкаре о диф. уравнениях. Упрощенно это выглядит так. Интегралы решений некоторых дифференциальных уравнений являются кривыми с разветвлениями в изолированных точках. Явление протекает по этой кривой, но в точке раздвоения приобретает неопределенность. Для выбора одной из двух ветвей требуется дополнительное условие.

Огромное место в драме занимает тема любви, которая должна стать всепоглощающей. Ведь именно любовь дает жизни энергию и силу - "Жизнь есть любовь".

Одаренность не принесла женского счастья

Прежде всего, женщина, Софья всегда искала интимной привязанности, но судьба не была благосклонна к ней. Вместе с признанием успехов в науке каждый раз приходило разочарование и крушение надежд о счастливой личной жизни. Рождение дочки в 1878 г. совпало с трудным периодом в отношениях с мужем. Он ушел из жизни добровольно, запутавшись в своих финансовых делах. Судьба подарила встречу еще с одним близким человеком, однофамильцем, преподавателем Московского университета и европейских ВУЗов, Максимом Максимовичем. Всегда самостоятельная в решениях, она очень дорожила его мнением. Так, по его настоянию была написана трогательная книга воспоминаний о детстве. Но он хотел видеть возле себя не "богиню математики на троне", а заботливую жену. Она не могла бросить научные занятия. И все же любовь на этот раз, кажется, победила… Сильнее оказалась только смерть. Софья как будто предчувствовала что-то, задумав написать философский труд "Когда не будет больше смерти". Но не успела. Банальная простуда неожиданно привела к быстрому концу.

Нет пророка в отечестве своем

Работы российской ученой не потеряли актуальности и через столетие. Вот только Россия, как это не раз бывало в истории, при жизни не распознала гения. Просматривая хронологию, легко убедиться, что основные результаты научной деятельности Ковалевской стали достоянием зарубежных университетов и Академий, более всего, шведских. Российские ученые хорошо понимали значение работ своей соотечественницы. Для нее было сделано невиданное в России конца 19 века исключение - избрание женщины членом корреспондентом Петербургской Академии Наук. Правда, чиновники поспешили "исправить ошибку". Она постоянно рвалась на родину из Германии, Швеции. Возвратившись в Петербург, она как член-корр. пожелала присутствовать на заседании, надеясь на избрание в члены АН. Ответ отрезвил Софью Васильевну, напомнил ей, в какой стране она родилась: "пребывание женщин на заседаниях не в обычаях Академии". Оскорбление достигло цели, Ковалевская вернулась в Стокгольм.

С.В.Ковалевская скончалась в Стокгольме от воспаления легких в возрасте 41 года.

Бессмертный вклад Софьи Ковалевской в науку

Полный список трудов невозможно вместить в этот короткий очерк. Вот главные, не потерявшие актуальности и более века спустя (так, теорема Коши-Ковалевской используется в методе мажорации).

Первые работы. Софье 24 года:

• "К теории уравнений в частных производных"
• "Дополнения и замечания к исследованию Лапласа о форме кольца Сатурна"
• "О приведении одного класса абелевых интегралов третьего ранга к интегралам эллиптическим"

В Стокгольмском ун-те. Софье 38 лет:

· "Задача о вращении твердого тела вокруг неподвижной точки". После работ Эйлера и Лагранжа эта работа впервые продвинула решение проблемы.

• В "Математическом Сборнике", т. XVI, 1891, вышли рефераты Н. Е. Жуковского, П. А. Некрасова и А. Г. Столетова, посвященные математическим трудам русской ученой.

Памятники С.В. Ковалевской

Лучшим памятником Ковалевской, по мнению русских ученых, было бы издание ее работ на русском языке.

• В год 50-тилетия со дня смерти (1940) появился сборник с переводом основных трудов под общим названием "О вращении твердого тела", под редакцией С. А. Чаплыгина и Н. И. Мерцалова.
• Ковалевская С.В. Научные работы. АН СССР, 1948. - 370 с.
• Ковалевская С.В. Воспоминания. Повести. Наука, 1974.

2000 год был объявлен ЮНЕСКО годом Софьи Ковалевской. Ее память увековечена в Швеции и на родине, в России. Это музей-усадьба Ковалевской в Полибино, памятник на могиле Ковалевской (был установлен в 1896 г. на средства, собранные комитетом Высших женских курсов и др. женскими организациями России).

С.В. Ковалевская родилась в Москве в семье состоятельного помещика, артиллерийского генерала Василия Васильевича Корвин-Круковского и Елизаветы Федоровны Шуберт. В доме существовала легенда о происхождении рода Корвин-Круковских от дочери венгерского короля Корвина и польского военачальника Круковского. Софья Ковалевская, интересовавшаяся корнями своей семьи, говорила: «Я получила в наследство страсть к науке от предка, венгерского короля Матвея Корвина; любовь к математике, музыке, поэзии - от деда по матери, астронома Шуберта; личную свободу - от Польши; от цыганки-прабабки - любовь к бродяжничеству и неумение подчиняться принятым обычаям; остальное - от России» .
Когда Соне исполнилось шесть лет, отец вышел в отставку и поселился в своем имении Палибино, в Псковской губернии. Именно там, как утверждала Ковалевская, и произошло ее первое соприкосновение с наукой, которой она впоследствии посвятила себя: «Я не могу не упомянуть об одном очень курьезном обстоятельстве, тоже возбудившем во мне интерес к этой науке. Когда мы переезжали на житье в деревню, весь дом пришлось отделать заново и все комнаты оклеить новыми обоями. Но так как комнат было много, то на одну из наших детских комнат обоев не хватило, а выписывать-то обои приходилось из Петербурга; это было целой историей, и для одной комнаты их выписывать решительно не стоило. Все ждали случая, и в ожидании его эта обиженная комната так и простояла много лет, с одной стороны оклеенная простой бумагой. Но по счастливой случайности на эту оклейку пошли именно листы литографированных лекций Остроградского о дифференциальном и интегральном исчислениях, приобретенные моим отцом в молодости. Лекции эти, испещренные странными, непонятными формулами, скоро обратили на себя мое внимание. Я помню, как я в детстве проводила целые часы перед этой таинственной стеной, пытаясь разобрать хоть отдельные фразы и найти тот порядок, в котором листы должны бы следовать друг за другом» .

Музей Софьи Ковалевской в Палибино

Соне наняли домашнего учителя - Иосифа Игнатьевича Малевича, аккуратного и педантичного человека. Ему приходилось сдерживать пыл своей ученицы, которая, еще не зная четырех правил арифметики, решала задачи, пользуясь различными комбинациями чисел. К десяти с половиной годам Соня так быстро решала самые трудные задачи, что Малевич позволил ей изучить двухтомный курс арифметики Бурдона, применявшийся в то время в Парижском университете.
Однажды друг отца, профессор Н.Н. Тыртов привез ему в подарок свою книгу «Элементарный курс физики» и Соня стала ее самостоятельно изучать, хотя в книге встречались абсолютно незнакомые ей понятия. Автор книги с трудом поверил, что девочка сама нашла путь объяснения тригонометрических формул. «Сама того не сознавая, - рассказывал позже ее брат Федор, - она как бы вторично создала целую отрасль науки - тригонометрию. Живи она несколько лет раньше и сделай то же самое, этого было бы достаточно для того, чтобы потомство поставило ее наряду с величайшими умами человечества. Но в наше время, труд ее, хотя и не имевший непосредственного научного значения, тем не менее, обнаруживал в ней дарование, совершенно выходящее из ряда обыкновенных. В особенности если принять во внимание, что он исходил от 14-летней девочки!»
Отцу порекомендовали пригласить для занятий с дочерью известного математика А.Н. Страннолюбского. На первом же уроке дифференциального исчисления она поразила педагога быстротой усвоения новых понятий, «точно наперед знала» . С.В. Ковалевская, вспоминая этот эпизод, писала, что «в ту минуту, когда он объяснял мне эти понятия, мне вдруг живо припомнилось, что все это стояло на памятных мне листах Остроградского, и самое понятие о пределе показалось мне давно знакомым» .

Соня в юности

В доме Корвин-Круковских часто гостил Ф.М. Достоевский. Он был влюблен в старшую дочь хозяев - Анну. Это произвело на Соню, преклонявшуюся перед его талантом писателя, неизгладимое впечатление. Она невольно оказалась свидетельницей сцены объяснения Достоевского в любви: «Он держал Анютину руку в своих и, наклонившись к ней, говорил тем страстным порывчатым шепотом, который я так знала и любила: «Голубчик мой, Анна Васильевна, поймите же, ведь я вас полюбил с первой минуты, как вас увидал, да и раньше, по письмам уже предчувствовал. И не дружбой я вас люблю, а страстью, всем моим существом» .
Анна не ответила взаимностью на чувство писателя, а Соня была по-детски влюблена в него: «По мере того, как отношения между Достоевским и моей сестрой, по-видимому, портились, моя дружба с ним все возрастала. Я восхищалась им с каждым днем все более и более и совершенно подчинилась его влиянию. Он, разумеется, замечал мое беспредельное поклонение себе, и оно ему было приятно» . Кстати, именно Ф.М. Достоевский заметил у Сони незаурядные литературные способности и, в дальнейшем способствовал выходу ее книг.

Софья и Анна мечтали продолжить учебу, но в России женщин в университет не принимали, и получить высшее образование можно было только за границей. В те годы без проблем выехать за границу позволялось только замужней женщине, и в 1868 году Софья, мечтая поскорее решить вопрос с образованием, вступила в фиктивный брак с Владимиром Онуфриевичем Ковалевским.
В.О. Ковалевский был книгоиздателем, но дела его шли не слишком успешно. Вскоре после свадьбы супруги стали посещать в Петербурге лекции по естествознанию профессора И.М. Сеченова. В.О. Ковалевский увлекся палеонтологией и в дальнейшем стал известным ученым.

Владимир Онуфриевич Ковалевский

В 1869 году Ковалевские, взяв с собой сестру Софьи Анну, уехали в Европу. Они жили в Австрии и Германии. В Гейдельберге Софье Васильевне удалось поступить в университет, но она мечтала учиться в Берлинском университете, а туда женщин не принимали. В 1870 году Ковалевская все же переехала в Берлин и четыре года посещала частные занятия у выдающегося математика Карла Вейерштрасса. Профессор сначала отнесся к ней скептически, но после того как молодая женщина блестяще справилась с самыми трудными задачами, изменил свое мнение.
Через четыре года именно Вейерштрасс ходатайствовал, чтобы С.В. Ковалевской заочно присудили докторскую степень «с наивысшей похвалой». На защите он сказал: «Что касается математического образования Ковалевской, то я имел очень немного учеников, которые могли бы сравниться с ней по прилежанию, способностям, усердию и увлечению наукой» .
Сестра Анна во Франции вышла замуж за сторонника Парижской Коммуны Виктора Жаклара и принимала участие в революционных событиях 1871 года. Чета Ковалевских приезжала в осажденный Париж весной 1871 года и Софья Васильевна вместе с сестрой оказывала помощь раненым на баррикадах революционерам.

Анна Жаклар, сестра Софьи Ковалевской

В 1874 году супруги Ковалевские вернулись в Россию. К этому времени их семейные отношения наладились, и брак больше не был фиктивным. В 1878 году у них родилась дочь, названная Софьей в честь матери.
Однако семейное благополучие не могло заменить Софье Васильевне главной цели - служения науке. Но в России она могла рассчитывать лишь на место учительницы женской гимназии - преподавать в университете женщине никто бы не позволил. На несколько лет Ковалевская отошла от научной работы и занялась литературно-публицистической деятельностью.
Тем временем в семье Ковалевских случилась трагедия. Владимир Онуфриевич попал в сложную финансовую ситуацию и не смог выплатить многочисленные долги. Чтобы избежать позора, он покончил с собой. После самоубийства мужа Софья Васильевна испытала сильнейшее нервное потрясение.

В 1883 году С.В. Ковалевскую пригласили на работу в Стокгольмский университет. Выучив всего за один год шведский язык, она читала лекции по различным разделам высшей математики, была членом редколлегии известного журнала «Acta mathematica», проводила научные исследования. В 1888 году она написала работу «Задача о вращении твердого тела вокруг неподвижной точки», за которую она получила премию Парижской Академии наук. В следующем году за продолжение этого исследования ей была присуждена премия Шведской Академии наук.
В 1889 году по представлению ведущих русских ученых С.В. Ковалевскую избрали членом-корреспондентом Петербургской академии наук. Сохранилась телеграмма, подписанная академиком П.Л. Чебышевым, в которой сообщалось: «Наша Академия наук только что избрала Вас членом-корреспондентом, допустив этим нововведение, которому не было до сих пор прецедента. Я очень счастлив видеть исполненным одно из моих самых пламенных и справедливых желаний» .
Оценка коллег-ученых была лестной, но никакого практического значения звание члена-корреспондента Академии наук для женщины в России не имело; все пути в науку на родине были по-прежнему закрыты.
Софья Васильевна все же надеялась, что мировая известность даст ей возможность заниматься любимым делом в России. Но в ответ на очередное ходатайство научной общественности последовал жесткий ответ Президента Петербургской академии наук великого князя Константина Константиновича: «Так как доступ на кафедры в наших университетах всегда закрыт для женщин, каковы бы ни были их способности и познания, то для г-жи Ковалевской в нашем отечестве нет места столь же почетного и хорошо оплачиваемого, которое она занимает в Стокгольме» .


Академия Наук в Санкт-Петербурге

С.В. Ковалевская была не только выдающимся ученым, но и талантливой писательницей. Известны ее романы «Нигилистка», «Воспоминания детства», а также драмы и стихи. Она писала: «Что до меня касается, то я всю жизнь не могла решить: к чему у меня больше склонности, к математике или литературе? (…) Очень может быть, что в каждой из этих областей я сделала бы больше, если бы предалась бы ей исключительно, но, тем не менее, я ни от одной из них не могу отказаться совершено» .
Софья Ковалевская была молода, хороша собой, и, как всякая женщина мечтала о любви. В Стокгольме она была дружна с известным путешественником Фритьофом Нансеном. Он считал ее самой умной и обаятельной женщиной Европы. Однако серьезные романтические отношения между ними не сложились, поскольку Нансен был связан обещанием, данным другой женщине, ставшей впоследствии его женой.
В 1888 году в Швеции Софья Васильевна познакомилась со своим однофамильцем Максимом Максимовичем Ковалевским, ученым, уволенным из Московского университета за либерализм и «крамольные» лекции о государственном устройстве западноевропейских стран. После первой встречи Софья была поражена эрудицией и обаянием Ковалевского, а затем влюбилась в него. Свои чувства она описала в письме к подруге, шведской писательнице Анне-Шарлотте Леффлер в марте 1888 года: «Он такой большой и занимает так много места не только на диване, но и в мыслях других, что мне было бы положительно невозможно в его присутствии думать ни о чем другом…»

Максим Максимович Ковалевский

Со своей стороны, Максим Максимович вскоре стал ее страстным поклонником и предложил «сделаться его женою» . Отношения влюбленных были непростыми. По воспоминаниям Анны-Шарлотты Леффлер, любовь Софьи Ковалевской «отличалась тираническим характером; она не допускала мысли, чтобы любимое ею существо имело какие-либо чувства, мысли, желания, направленные не на нее. Она хотела так всецело обладать любимым человеком, что лишала его совершенно возможности жить собственною индивидуальною жизнью… Она мучила его и себя своими требованиями, устраивала ему страшные сцены ревности, они много раз совершенно расходились в сильном взаимном озлоблении, снова встречались, примирялись и вновь резко рвали все отношения» .
К сожалению, эта история любви осталась незаконченной, хотя они помирились и прекрасно провели зимние каникулы 1890-1891 годов в Ницце на вилле Ковалевского. В 1891 году Софья и Максим должны были обвенчаться, однако судьба распорядилась иначе…
В конце января 1891 года по дороге из Франции в Швецию Софья Васильевна сильно простудилась и заболела тяжелым воспалением легких. 10 февраля, несмотря на все усилия врачей, она скончалась.
С.В. Ковалевскую похоронили в Стокгольме. Русские женщины на свои средства воздвигли на ее могиле гранитный крест.

Бюст Софьи Ковалевской в ее музее-усадьбе в Псковской области

Краткая биография Софьи Васильевны Ковалевской — это история постоянной борьбы за возможность получить университетское образование, заниматься математикой и преподавать любимый предмет вместо того, чтобы стать хранительницей домашнего очага, как было заведено в то время. Ковалевская стала первой женщиной-профессором в мире и первой женщиной-математиком в России.

Происхождение и семья

Биография Софьи Васильевны Ковалевской (Корвин-Круковской по рождению) началась 3 (15) января 1850 года в Москве в усадьбе Алексея Стрельцова. Когда-то в этом здании располагалась Стрелецкая слобода, позднее здесь построена усадьба мануфактурщика. С середины девятнадцатого века домом владела семья Корвин-Круковского — русского генерал-лейтенанта артиллерии, который всю жизнь посвятил военному делу.

Позднее особняком владел врач П. Пикулин. Тогда в доме собирались представители интеллигенции: врач Сергей Боткин, прозаики А. Станкевич и Д. Григорович, поэт Афанасий Фет, юрист Б. Чичерин, переводчик Н. Кетчер. В этом же месте суждено было начаться биографии математика Софьи Ковалевской.

Матерью девочки была Елизавета Федоровна Шуберт. Светская женщина говорила на четырех языках и была талантливой пианисткой. Она являлась дочерью генерала и почетного математика Федора Федоровича Шуберта и внучкой выдающегося петербургского астронома Федора Ивановича Шубина. Родственниками Софьи Ковалевской по матери были художник Александр Брюллов, журналист Осип-Юлиан Сенковский.

В семье дворянского происхождения воспитывались две дочери — Софа и Анна, которую домашние неизменно называли Анютой, Федор. Отношение к дочери у родителей было прохладное. Незадолго до ее рождения отец проигрался в карты, так что пришлось заложить бриллианты жены. Имея первую дочь, они ждали мальчика, так что вскоре Елизавету и Василия Корвин-Круковских постигло еще одно разочарование.

Домашнее воспитание

Детские годы девочка провела в поместье отца Полибино в Витебской губернии. Стены детской в усадьбе были оклеены лекциями профессора Остроградского об интегральном и дифференциальном исчислении. Это не всегда упоминается в краткой биографии Софьи Ковалевской, но это очень интересный факт. Дело в том, что во время ремонта не хватило одного рулона обоев. Посылать за пятьсот верст в столицу посыльного не посчитали нужным. Так часть комнаты оказалась оклеена только первым слоем простой бумаги. Софа часами сидела перед этой стеной, пытаясь разобраться. Уже во взрослом возрасте она припоминала многие формулы.

В Полибино в каком-то смысле началась и научная биография Софьи Ковалевской. Интересный факт: в 1890 году ее учитель поместил в книге «Русская старина» воспоминания о своей ученице. Он уже в детские годы девочки заметил ее гениальность. А пока первые уроки детям давали гувернантки. С восьмилетнего возраста они начинали заниматься с домашним наставником, мелкопоместным шляхтичем Иосифом Малевичем. Софа быстро схватывала новый материал и очень любила учиться. За несколько лет она прошла практически весь курс мужской гимназии.

У девочки обнаружился редкий талант, но ее домашний учитель тревожился, не слишком ли далеко она зашла в математике. Быстрые успехи в науке могут привести к тому, что Софья захочет пойти необычным путем. Если она захочет идти дорогой, не общепринятой для женщины в те годы, жизнь ее вряд ли сложится счастливо. Сама же Софья действительно тогда увидела, что математика открывает перед ней другие горизонты. Занятия сделали ее заметной личностью.

Формула побега

Анюте, старшей сестре Софьи, страшно не повезло. Красивая молодая девушка предвкушала, как через год начнет покорять все балы. Но семья переехала в Полибино, в деревню. Молодежи в соседних деревнях не было. При этом все прежнее воспитание Анюты было направлено на то, чтобы сделать из нее светскую барышню. Никаких деревенских вкусов появиться у нее совершенно не могло. Она не любила ни гулять, ни собирать грибы, ни кататься на лодке, в учебе она не находила никакого удовольствия.

В шестидесятые годы в глушь начали просачиваться идеи, которые витали в столице уже давно, а именно нигилизм и женское образование. Анюта потребовала от отца, чтобы тот отправил ее и Софью в Петербург учиться. Василий Корвин-Круковский не возражал, так что девушки с матерью поехали в столицу.

В Петербурге Анюта с головой окунается светскую жизнь, а восемнадцатилетняя Софья действительно учится. Частные уроки математики ей дает профессор Александр Страннолюбский. Она учится блестяще. Страннолюбский, приверженец идеи женского образования, советует молодой девушке попробовать поступить в какой-нибудь европейский университет. В России на тот момент двери университетов были закрыты для женщин.

Фиктивный брак

Выехать за границу особе женского пола было не так просто. Это возможно только с разрешения мужа или отца (для незамужних). Распространено мнение, что отец, отставной военный старой закалки, не хотел давать разрешения, так что девушке пришлось организовать фиктивный брак. Это изменило всю биографию Софьи Ковалевской.

Интересный факт из жизни: на самом деле идея фиктивного брака принадлежала ее сестре Анне. Старшая сестра, склонная к авантюрам, убедила Софию, что родители будут против, что нет другого способа уехать за границу, кроме заключения фиктивного брака. Именно Анюта рассказала сестре, что есть молодые мужчины, которые помогают женщинам в их стремлении к самостоятельности.

Понятно, что фиктивный брак должна была заключить не Софья, а Анюта. Она старше,а по сложившейся традиции первой выйти замуж должна была именно старшая сестра. Незамужнюю сестру отпустят с замужней. Софья сядет за университетскую скамью, а Анюта, наконец, ощутит жизнь, полную событий и приключений. Девушка по молодости и неопытности подчинилась старшей сестре, а та начала искать себе жениха.

Жених старшей сестры

Владимир Онуфриевич Ковалевский был подходящей кандидатурой. Двадцатишестилетний правовед, объездивший всю Европу, друг Герцена и учитель его дочери, издатель и продавец научных книг. Правда, он не был богатым и удачливым. Его издательство то и дело оказывалось на грани разорения. С планом Анюты Владимир Онуфриевич был согласен до тех пор, пока не познакомился с ее младшей сестрой.

Как только Ковалевский увидел младшую сестру своей невесты, он точно понял, что жениться должен только на ней. Пусть даже фиктивным браком. Влюбился? Возможно. Брату он писал: «Я думаю, что эта встреча сделает из меня порядочного человека. Эта натура умнее и талантливее. Это маленький феномен. И за что он мне попался? Не могу вообразить». Выбор Ковалевского заставил сестер волноваться о том, согласятся ли родители на такой брак.

Свадьба Софьи и Владимира

Увидев настойчивое желание дочери выйти замуж за Ковалевского, отец дал свое согласие. Похоже, что он отпустил бы Софью и за границу, так что сестры зря сделали ставку на фиктивный брак. Как бы там ни было, одиннадцатого сентября 1868 года в Полибино отпраздновали свадьбу Владимира Ковалевского с Софьей Корвин-Круковской. Сразу после венчания молодые уехали в Петербург, получив в приданое 20 тысяч рублей, так что отъезд за границу был им обеспечен.

В биографии Софьи Ковалевской произошел крутой поворот. Она стала замужней дамой. Первое время Ковалевская смущалась и краснела, когда ей приходилось называть своим супругом совершенно незнакомого человека. Но вскоре она привязалась к Владимиру. Все время они были вместе. Многие, кто был в курсе дела, жалели Ковалевского, что его жена никогда не будет принадлежать ему полностью. А сама Софья одно время даже гордилась этим, но потом все же влюбилась в фиктивного мужа. Так, биография Софьи Ковалевской не была похожа на банальные любовные романы.

Заграничное образование

Весной 1969 года супруги уехали в Гейдельберг. Софья начала посещать лекции по математике. Через год Владимир и Софья разъехались по разным городам. Он отправился в Вену, а она — в Берлин. Там в университете работал один из самых известных математиков того времени — Карл Вейерштрасс. Вейерштрасс был не только очень умен. Он был яркой, выдающейся личностью, никогда не гнался за деньгами или за славой, но слава нашла его сама.

Правила университета не допускали женщин в качестве слушателей лекций, но профессор, который был заинтересован в раскрытии математических способностей Софьи, руководил ее занятиями. При первой встрече она самым необычным образом решила несколько сложнейших задач, так что Карл Вейерштрасс (на фото ниже) проникся отеческой любовью к молодой женщине. Кроме того, она была похожа на его первую любовь — девушку, стоявшую выше него по положению в обществе. А Вейерштрасс, утратив любовь всей своей жизни, так и остался холостяком.

В 1871 году Ковалевская с мужем переехала в осажденный Париж, где ухаживала за коммунарами, ранеными во время революции. Он сочувствовала идеям утопического социализма и революционной борьбе. Позднее талантливая в математике женщина принимала участие в спасении деятеля Парижской коммуны Виктора Жаклара, мужа своей старшей сестры Анны, который попал в тюрьму.

Мистический математик

Софья Ковалевская была не только выдающимся ученым и математиком, но и мистиком. Она верила в вещие сны, приметы и знаки судьбы. Прабабушка Софьи Васильевны была гадалкой, а женщина считала, что она унаследовала от нее этот дар. В течение всей своей жизни Софья встречала покровителей, которые помогли ей открывать двери, остававшиеся закрытыми для других женщин в девятнадцатом веке. Она определенно обладала каким-то особенным обаянием, влияющим на людей.

Прадедушка Софьи Федор Шуберт часто являлся к ней во сне с подсказками. А когда Елизавета была беременна девочкой, тот явился и к ней, пообещав, что в семье родится выдающийся математик. Мать сочла сон «пустым», но побаивалась, что родится девочка, которая присоединится к женщинам, всю жизнь «сгорбленным над книгами». Во взрослом возрасте Софья Ковалевская после страшных снов не раз уговаривала мужа оставить коммерцию. Всю жизнь какие-то неведомые силы помогали женщине-математику идти вперед, обходя правила и предрассудки тех лет.

Самоубийство мужа

Софья Ковалевская получила степень доктора философии в Геттингенском университете в 1874 году, а через пять лет она была избрана в члены Московского математического общества. Тогда в биографии Софьи Ковалевской произошла резкая перемена. Ее муж, Владимир Онуфриевич, с которым они тогда жили отдельно, окончил жизнь самоубийством, запутавшись в своих коммерческих делах. Софья осталась с пятилетней дочерью на руках и без средств к существованию.

Биография дочери Софьи Ковалевской, тоже Софьи, менее впечатляющая. Повзрослев, она поступила в медицинский институт и работала врачом. Софья Владимировна Ковалевская перевела со шведского на русский язык многие работы своей матери. Большую часть своей жизни прожила в Москве.

Дальнейшая жизнь

Достижения в биографии Софьи Ковалевской и не думали заканчиваться со смертью супруга, хотя она тяжело пережила это событие. Женщина переехала в Берлин и остановилась в Вейерштрасса. Профессор, используя свой авторитет и связи, устроил ее преподавателем кафедры математики в Стокгольмский университет. Первый год под именем Соня Ковалевски она преподавала на немецком, потом — на шведском. Ковалевская хорошо овладела шведским языком и печатала на нем свои работы.

Близким другом женщины-ученого стал родственник ее супруга, социолог Максим Ковалевский, которому пришлось покинуть Россию из-за преследований со стороны власти. Ковалевская пригласила его в Стокгольм. Максим сделал женщине предложение, но она отвергла его ухаживания, так как не желала связывать себя новыми узами брака. Они расстались после совместной поездки по Ривьере.

Последние годы и смерть

За несколько лет до скоропостижной кончины в биографии Софьи Ковалевской появились упоминания о наградах. Ее гениальность признали в Европе, но в России женщину начали считать величайшим математиком только после ее смерти. В 1888 году Ковалевская получила премию Бордена за открытие классического случая разрешимости (вращение твердого тела вокруг неподвижной точки). Вторая работа на эту тему была отмечена в следующем году премией Шведской академии наук.

В начале 1891 года биографии Софьи Ковалевской суждено было закончиться. По пути из Берлина в Стокгольм она узнала об эпидемии оспы и решила изменить маршрут. Но для путешествия не было подходящего транспорта, кроме открытого экипажа. По дороге Ковалевская простудилась и получила воспаление легких. Софья Васильевна скончалась в возрасте сорока одного года в Стокгольме, похоронена на Северном кладбище.

Доходный дом статс-дамы Бутурлиной, где жили молодожены Ковалевские

Узнав, что Ковалевская жила в этом доме, я решила вспомнить ее биографию. Оказалось, что Софья была на не только математик, но и мистик. Она верила в знаки судьбы и вещие сны, часто предвидя грядущие события жизни. Прабабушка Ковалевской была цыганской гадалкой, и Софья верила, что унаследовала ее мистический дар.
На протяжении всей жизни Софья встречала надежных покровителей, которые помогали ей идти вперед и открывать двери, которые для других женщин-ученых в 19 веке оставались закрыты. Она обладала каким-то особым обаянием, влияющим на людей.
Софья не видела противоречий между увлечениями наукой и мистическими размышлениями: «Многие, которым никогда не представлялось случая более узнать математику, смешивают её с арифметикой и считают её наукой сухой. В сущности же эта наука, требующая наиболее фантазии... Нельзя быть математиком, не будучи в то же время поэтом в душе» - писала она.

От прадеда Фёдора Шуберта - математика и астронома, Софья унаследовала талант к точным наукам, который и принес ей мировую славу.

В роду Софьи были - немцы, австрийцы, русские, поляки, цыгане, и она очень гордилась свой «интернациональной кровью». А ведь действительно, гении рождаются при такой «генетической смеси».

Софья в юности

Прадедушка ученый Федор Шуберт, талант которого унаследовала Софья
Он приходил к ней во сне с подсказками

Интерес к математике появился у Софьи с ранних лет. Во время ремонта усадьбы, где жила семья, на детскую комнату не хватило обоев, одну стену пришлось заклеить листами из учебника математики.

Софья вспоминала - «Листы эти, испещрённые странными, непонятными формулами, скоро обратили на себя моё внимание. Я помню, как в детстве проводила целые часы перед этой таинственной стеной, пытаясь разобрать хоть отдельные фразы и найти тот порядок, в котором листы должны следовать друг за другом».

Девочка считала эти знаки волшебными и пыталась разгадать их смысл. Она любила уединение, держалась в стороне от бойкой сестры Анны и брата Феди. Ее другом стал домовой, которого она видела собственными глазами. Софья верила, что «цыганский глаз прабабки» позволяет ей видеть то, что скрыто от других.

Разгадать смысл тайных знаков на стене Софье помог ее дядюшка Петр Васильевич:
«Любовь к математике проявилась у меня под влиянием дяди Петра Васильевича Корвин-Круковского... от него мне пришлось впервые услышать о некоторых математических понятиях, которые произвели на меня особенно сильное впечатление. Дядя говорил о квадратуре круга, об асимптотах - прямых линиях, к которым кривая постепенно приближается, никогда их не достигая, и о многих других совершенно непонятных для меня вещах, которые, тем не менее, представлялись мне чем-то таинственным и в то же время особенно привлекательным» - вспоминала она.

И еще фото дома

Талант юной Софьи к науке заметили сразу, в 15 лет она получила разрешения слушать лекции математика И. М. Сеченова и изучать астрономию у профессора В. Л. Грубера в Военно-медицинской академии.

Родные Софьи понимали, что сбывается предсказание.
Когда мать Софьи была беременна, Федор Шуберт явился к ней во сне и весело сказал «Математик у тебя родится. Мое дело продолжит». Когда родилась девочка Софья, мать сочла сон пустым, она боялась даже думать, что ее дочь присоединится к «уродливым женщинам», всю жизнь «сгорбленным за книгами».

Надо отметить, что Софья не была похожа на стереотип о «синих чулках».
Владимир Ковалевский будучи женихом Софьи писал брату: «Несмотря на свои 18 лет, «воробышек» образована, великолепно, знает все языки, как свой собственный, и занимается до сих пор, главным образом, математикой. Работает, как; муравей, с утра до ночи, и при всём том жива, мила и очень хороша собою».
Ковалевский был старше Софьи на 8 лет.

Софья хотела продолжить обучение наукам за границей, но по правилам 19 века она могла путешествовать по Европе только с родственниками или мужем. Сестра Анна посоветовала ей фиктивный брак, который поможет осуществить задуманное.
«На преждевременное развитие Софы имела большое влияние не по летам развитая и бойкая Анюта, которая была старше ее на семь лет» - вспоминала подруга Софьи.

В середине 19 века в России распространились клубы, где девушки могли познакомиться с будущими фиктивными мужьями, чтобы поскорее начать свою самостоятельную жизнь. Обычно женихи были из достойных семей, и у родителей барышень не было причин для отказа. Увидев Софью, Ковалевский сказал, что готов жениться хоть сейчас.

Молодой ученый Ковалевская

По воспоминаниям подруги Софьи: «Она производила своеобразное впечатление своею детскою наружностью, доставившей ей ласковое прозвище «воробышка». Ей минуло уже 18 лет, но на вид она казалась гораздо моложе. Маленького роста, худенькая, но довольно полная в лице, с коротко обстриженными вьющимися волосами каштанового цвета, с необыкновенно выразительным и подвижным лицом, с глазами, постоянно менявшими выражение, то блестящими и искрящимися, то глубоко мечтательными, она представляла собою оригинальную смесь детской наивности с глубокою силою мысли... она не обращала ни малейшего внимания на свою наружность и свой туалет, который отличался необыкновенною простотою, с примесью некоторой беспорядочности, не покидавшей ее всю жизнь».

В 1869 году Софья с мужем отправилась в немецкий город Гейдельберг, где получила разрешение учиться в университете. Новость быстро разнеслась по городу. Горожане, встречая Софью на улице, с интересом рассматривали ее и говорили своим детям «Единственная ученая женщина!»

Талантливых женщин-ученых в Европе было немало, но именно Софья удостоилась такой чести. Поговаривали, что «цыганская кровь» помогает ей оказывать магическое влияние на людей и добиваться желаемого.

Софья писала стихи, которые отражают ее загадочную натуру.
Пришлось ли раз вам безучастно,
Бесцельно средь толпы гулять
И вдруг какой-то песни страстной
Случайно звуки услыхать?
На вас нежданною волною
Пахнула память прежних лет,
И что-то милое, родное
В душе откликнулось в ответ.

Казалось вам, что эти звуки
Вы в детстве слышали не раз,
Так много счастья, неги, муки
В них вспоминалося для вас.
Спешили вы привычным слухом
Напев знакомый уловить,
Хотелось вам за каждым звуком,
За каждым словом уследить.

Внезапно песня замолчала,
И голос замер без следа.
И без конца и без начала
Осталась песня навсегда.
Как ненавистна показалась
В тот миг кругом вас тишина.
Как будто с болью оборвалась
В душе отзывная струна!
И как назойливо, докучно
Вас всё напев тот провожал;
Как слух ваш, воле непослушный
Его вам вечно повторял!

Фиктивный брак с мужем постепенно стал настоящим.
Софья оказалась романтической натурой, которая посвящала мужу стихи и очень ревновала его к дамам, проповедовавшим «свободную любовь». «Ревность была одним из самых сильных недостатков порывистой натуры Ковалевской» - отмечали современники.

Романтической «Софье хотелось, чтобы муж ей постоянно клялся в любви, оказывал знаки внимания, а Владимир Ковалевский этого не делал», что приводило к ссорам. Муж в ответ ревновал Софью к науке, желая от супруги больше ответного внимания.

Владимир Ковалевский был талантливым ученым-биологом, который пытался заниматься коммерцией, чтобы обеспечить жене достойную жизнь.
Дар предсказателя помогал Софье сдерживать мужа от неверных шагов. Часто ей снились страшные сны, после которых она уговаривала мужа оставить коммерцию навсегда.

Завистницы, наблюдая за жизнью супругов Ковалевских, шептались «Она не могла сама купить себе платье, не могла смотреть за своими вещами, не могла найти дороги в городе... была до такой степени непрактична, что все мелкие заботы жизни казались ей невыносимы», «муж ходит за ней как нянька», «Ковалевская как всегда дурно одета».

В 1870 году 20-летняя Ковалевская отправилась в Берлин, чтобы продолжить учебу в Берлинском университете, где получила отказ «Женщина не может числиться в законных студентах Берлинского университета».
За помощью она обратилась к великому математику Вейерштрассу, при встрече она не смогла подобрать слов и протянула свои листки с записями. Просмотрев работу молодой особы, восхищенный ученый согласился давать Софье частные уроки.
Снова неведомые силы помогли женщине-математику идти вперед, обходя правила и предрассудки.

Немецкий математик Вейрштрасс, помогавший карьере Софьи

Ковалевской часто снился ученый-прадедушка Федор Шуберт, эти сны помогали ей в работе. Однажды прадедушка во сне подал Софью идею «небесной механики» и исследования «колец Сатурна».

«Я чувствую, что предназначена служить истине — науке и прокладывать новый путь женщинам, потому что это значит — служить справедливости. Я очень рада, что родилась женщиной, так как это дает мне возможность одновременно служить истине и справедливости», - писала Ковалевская.

После успеха в Европе Ковалевская вернулась в Россию, в 1881 году она была избрана членом Московского математического общества, но мечта о преподавательской деятельности в университете пока не осуществилась.

О завистниках Ковалевская говорила «Когда Пифагор открыл свою знаменитую теорему, он принес в жертву богам 100 быков. С тех пор все скоты боятся нового».

Ковалевская с дочерью Сонечкой

Ковалевская не теряла надежды, император Александр II планировал реформы, которые должны были изменить многие общественные правила, но императора убили. Его сын Александр III занял жесткую позицию, начались допросы революционно настроенных граждан. Владимир Ковалевский - муж Софьи входил в революционные общества. Он уговорил жену покинуть Россию, чтобы его репутация не навредила ей. Расставшись с Софьей он лишился ее предостерегающих советов в коммерческих делах. Страшный сон Софьи сбылся. Ковалевский разорился от неудачной сделки и покончил жизнь самоубийством, отравившись хлороформом, ему было 40 лет.

Перед смертью он написал брату: «Напиши Софье, что моя всегдашняя мысль была о ней и о том, как я много виноват перед нею и как я испортил ей жизнь...».

Смерть мужа стала для Ковалевской сильным ударом, она четыре дня не могла принимать пищу и слегла от слабости.
Немного оправившись от горя, вдова отправилась с дочерью в Берлин к учителю Вейерштрассу, который при помощи шведского коллеги Миттаг-Леффлера помог ей получить должность профессора математики в Стокгольмском университете в 1884 году. Софье 34 года, она молодой признанный ученый.

Шведский математик Миттаг-Леффлер, помогавший Софье получить должность профессора

Получив всемирное признание, Софья писала: «Моя слава лишила меня обыкновенного женского счастья... Почему меня никто не может полюбить? Я могла бы больше дать любимому человеку, чем многие женщины, почему же любят самых незначительных, и только меня никто не любит?»
Поклонники и модная «свободная любовь» не принесли счастья.

По воспоминаниям современников:
«В том-то и заключалось ее несчастье, что она никак не могла освоиться в Стокгольме, как и вообще нигде на белом свете, но нуждалась всегда в новых впечатлениях для своей умственной деятельности, постоянно требовала от жизни драматических событий...»

Судьба оказалась благосклонна, в 1880 годы Софья познакомилась с родственником покойного мужа - Максимом Ковалевским. Он не был элегантным красавцем, толстый господин покорил своим добродушием и веселым нравом. Софья шутя говорила о своем поклоннике «он занимает слишком много места на диване и в мыслях». Максим был уважаемым в мире ученым-социологом, читал лекции в Париже, Лондоне, Берлине. Максим стал адептом Масонской ложи, о деятельности которой ходит немало легенд, он с пониманием относился к мистическим взглядам Софьи. Ковалевский переехал в Швецию, где читал лекции в Стокгольмском университете. Лето влюбленные проводили на вилле Максима в Ницце, но предложение о замужестве Софья принять не решалась.

Максим Ковалевский

В 1890 году они расстались, но вскоре снова сблизились, новый 1891 год Софья встречала вместе с Максимом в Ницце. Она наконец-то согласилась принять его предложение, свадьбу планировали на лето.
После нового года дурные предчувствия начали преследовать Ковалевскую. Однажды ночью она услышала тихий плачь, вспомнив легенды о домовом, она спросила «К добру или худу?», но ответа не последовало. Утром, повинуясь неведомой силе, она уговорила жениха отправиться в Геную, где направилась на старинное кладбище Санто-Кампо. Она долго бродила среди могил, пока не остановилась у одной из скорбящих статуй. Простояв в молчании Софья вдруг сказала Максиму «Один из нас не переживет этот год!».

Софья в годы расцвета своей славы

Возвращаясь в Швецию Софья сильно простудилась по дороге. Дома в Стокгольме она слегла, предчувствуя скорый конец жизни. «Во мне произошла какая-то перемена» - говорила она.

За день до кончины она сказала Максиму, что напишет повесть «Когда не будет больше смерти». А последними ее словами стали «слишком много счастья».

Софья Васильевна Ковалевская умерла в расцвете своей славы, ей недавно исполнился 41 год. Ковалевскую похоронили в Стокгольме на Северном кладбище, могила в день похорон была засыпана цветами. Женщину-ученую оплакивал весь мир.

Поэт Франц Лефлер посвятил Ковалевской стихотворение:

Душа из пламени и дум!
Пристал ли твой корабль воздушный
Призыву истины послушный?
В тот звездный мир так часто ты
На крыльях мысли улетала,
Куда уйдя в свои мечты,
О мирозданье размышляла...

Прощай! Тебя мы свято чтим,
Твой прах в могиле оставляя;
Пусть шведская земля над ним
Лежит легко, не подавляя....
Прощай! Со славою твоей
Ты, навсегда расставшись с нами,
Жить будешь в памяти людей
С другими славными умами,
Покуда чудный звездный свет
С небес на землю будет литься
И в сонме блещущих планет
Кольцо Сатурна не затмится.

Максим Ковалевский на похоронах произнес: «Софья Васильевна! Благодаря вашим знаниям, вашему таланту и вашему характеру вы всегда были и будете славой нашей родины. Недаром оплакивает вас вся ученая и литературная Россия. От ее имени прощаюсь с вами в последний раз!»

В своих стихах Софья Ковалевская оставила наставления талантливым потомкам - идти вперед и никогда не сдаваться.

Если ты в жизни хотя на мгновенье Истину в сердце твоем ощутил, Если луч правды сквозь мрак и сомненье Ярким сияньем твой путь озарил: Что бы в решенье своем неизменном Рок ни назначил тебе впереди, Память об этом мгновенье священном Вечно храни, как святыню, в груди. Тучи сберутся громадой нестройной, Небо покроется черною мглой, С ясной решимостью, с верой спокойной Бурю ты встреть и померься с грозой. Лживые призраки, злые виденья Сбить тебя будут пытаться с пути; Против всех вражеских козней спасенье В собственном сердце ты сможешь найти; Если хранится в нем искра святая, Ты всемогущ и всесилен, но знай, Горе тебе, коль врагам уступая, Дашь ты похитить ее невзначай! Лучше бы было тебе не родиться, Лучше бы истины вовсе не знать, Нежели, зная, от ней отступиться, Чем первенство за похлебку продать, Ведь грозные боги ревнивы и строги, Их приговор ясен, решенье одно: С того человека и взыщется много, Кому было много талантов дано. Ты знаешь в писанье суровое слово: Прощенье замолит за все человек, Но только за грех против духа святого Прощения нет и не будет во век.

Софья Васильевна Корвин-Круковская (3 января 1850 – 29 января 1891) – русский математик и первая женщина-профессор, удостоившаяся чести быть в составе Петербургской Академии наук как одна из выдающихся ученых своего времени. Автор автобиографических произведений «Воспоминания детства» и «Нигилистка».

Детство

Софья Васильевна родилась 3 января в Москве, в семье генерал-лейтенанта Корвин-Круковского и его законной жены. Считается, что невероятным способностям в точных науках девочка обязана своим предкам. Её дед был выдающимся математиком, а прадед преуспел в изучении астрономии. Сама же Софья с юных лет воспитывалась не только в аристократической школе, но и на дому. К ней приходил Иосиф Игнатьевич Малевич, который преподавал ей основы математики и геометрии.

Удивительные способности девочки были видны практически с первых же дней учебы. То, что остальным удавалось с большим трудом, Софья считала пустяковыми задачами. Для своего возраста (на тот момент она еще даже не ходила в школу) она прекрасно складывала числа, обладала отличной фотографической памятью, а главное, любовью к точным наукам.

Этот факт отмечал и Иосиф Игнатьевич, который даже упомянул достижения своей воспитанницы в автобиографии «Русская старина» (1890), а впоследствии – еще один педагог, который сыграл немаловажную роль в жизни молодой и талантливой Софьи Ковалевской.

Юность

После окончания средней школы (которую, к слову, Софья закончила на «отлично»), вся семья ожидала того, что девушка найдет себе перспективного жениха и удачно выйдет замуж. Однако у девушки были другие цели. Она жаждала продолжать обучение точным наукам, поэтому несколько раз просила отца дать ей разрешение на выезд за пределы страны (на тот момент женщинам не было разрешено поступать в вузы).

Но отец, твердо решивший отдать дочь замуж без высшего образования, постоянно отказывал ей в просьбе и продолжал самостоятельно искать достойных спутников своей единственной дочери.

Через пару месяцев Софья окончательно потеряла надежду на то, что её отец сможет понять её стремления и позволит уехать. Вопреки родительским уговорам и многочисленным запретам папы, Ковалевская вступает в фиктивный брак с неким молодым ученым и с помощью его «разрешения», наконец, получает долгожданный билет.

К слову, молодой муж первоначально не питал к своей новоявленной жене абсолютно никаких чувств. Пара планировала разойтись сразу же по прибытии в другую страну. Но позже парень понял, что влюбился в талантливую и очень успешную леди, поэтому развод дался ему с большим трудом.

Попав в другую страну, Софья Ковалевская не теряет времени и поступает сначала в Гейдельбергский, а затем Берлинский университет. Она учится параллельно в двух учебных заведениях, где ей преподают такие профессора, как Кенигсбергер и Вейерштрассе. Кстати, благодаря последнему, юная Софья получает возможность прослушивать курс лекций в Берлинском университете, что для того времени считалось запретным для любой женщины, вне зависимости от её возраста и статуса в обществе.

Дальнейшая судьба

В 1874 году, после защиты диссертационной работы на тему «К теории дифференциальных уравнений», Ковалевская получает степень доктора философии в Гёттингентском университете. После этого она решает возвратиться на родину, где сразу же принимает участие в очередном съезде естествоиспытателей Санкт-Петербурга. А в 1881 году её избирают в члены Московского математического общества, после чего Софья получает приват-доцента.

Спустя два года членства в клубе, Ковалевская узнает о том, что её фиктивный супруг покончил жизнь самоубийством из-за неких финансовых трудностей, о которых девушка узнала лишь через месяц после страшного события. На тот момент Софья воспитывает их ребенка, поэтому, лишившись кормильца и всяческих прав в качестве супруги, Ковалевская принимает решение возвратиться в Берлин, где обращается за помощью к профессору Вейерштрассе.

Тот советует ей немного изменить фамилию и устраивает девушку учителем в университет с одним условием – она должна читать лекции на шведском языке. На освоение чужого для неё языка профессор даёт ей год, в течение которого Ковалевская читает лекции на немецком и параллельно ходит на подготовительные курсы освоения шведского.

Научная деятельность

Вклад Ковалевской в мировую науку и в отечественную математику и физику огромен. В первую очередь абсолютно все ученые знают Софью как человека, доказавшего классический случай разрешимости задачи о вращении твердого тела, ведь на тот момент подобные теории высказывались только Лангранжем и Эйлером (но и они не до конца осознавали суть явления). Кроме того, Ковалевской удалось доказать существование голоморфного решения задачи Коши (дифференциальные уравнения) и тот факт, что кольца Сатурна находятся в абсолютном равновесии, что позволило продвинуть астрономию далеко вперед.

Ею написаны многочисленные работы и в сфере математических исследований, о которых упоминали в своих трудах такие известные личности, как Некрасов, Жуковский, Столетов и многие другие. Все они отмечали невероятную точность проделанных Ковалевской исследований, а также присутствие огромной силы воли и терпения в решении особо трудных теорем.

Личная жизнь

Как уже упоминалось выше, первым мужем Софьи оказался молодой ученый, с помощью которого девушка смогла уехать за границу. Несмотря на холодность между супругами, им на некоторое время удается найти общий язык, однако затем они вновь расстаются. Ковалевская остается с дочкой, а через некоторое время узнает о самоубийстве супруга.

Через несколько лет с Софьей, которая на тот момент находилась в Берлине, связывается Максим Ковалевский, один из родственников её бывшего супруга. Женщина помогает ему перебраться в Германию и даже устраивает его в университет, где сама читает лекции. Увлекшись многочисленными беседами с умной и симпатичной девушкой, Максим делает ей предложение, но Софья отказывается, не желая больше быть обремененной браком. До конца своей жизни она пребывает в полном одиночестве, оставаясь верной одной лишь науке.